Сможет ли «Росатом» уберечь Байкал от отходов БЦБК?

В Иркутском офисе Сибирского отделения РАН прошло расширенное заседание тематической площадки «Экология» по теме «Обсуждение работ по ликвидации накопленного вреда окружающей среде, образовавшегося в процессе деятельности ОАО «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат» (БЦБК)». И хотя формально его проводил «Общероссийский народный фронт», инициатором мероприятия можно считать ФГУП «Федеральный экологический оператор» Госкорпорации «Росатом», которое и назначено основным «ликвидатором» чудовищного клубка проблем, угрожающих экологическому благополучию Байкала.

Озеро Байкал

Немного истории

Сооружение Байкальского ЦБК входит в список самых неудачных решений советского правительства. В 60-ые годы прошлого века против строительства выступали крупнейшие писатели, ученые, общественные деятели. Известный режиссер Сергей Герасимов даже снял художественный фильм «У озера», который был признан «Лучшим фильмом года» по итогам опроса читателей журнала «Советский экран».

И в самом деле, садить грязное производство, выпускающее обычную целлюлозу и оберточную бумагу, на берег уникального природного объекта – а на планете другого такого просто не существует – непростительно. Однако власти, обвинив противников строительства в некомпетентности и непатриотичности, заверили, что завод будет безопасным.

Начиная с 1966 года, БЦБК ежегодно сбрасывал в Байкал 40 млн кубов сточных вод, выделял в атмосферу 6700 тонн газовых выбросов , нарабатывал почти 270 тыс. тонн отходов. Что не могло не отразиться на экосистеме водоема в районе города Байкальска (город появился на свет, благодаря комбинату). Еще один штрих: используемые на БЦБК технологии были таковы, что объем отходов превышал объем производимой продукции.

Неудивительно, что протестное движение в защиту Байкала никогда не прекращалось. А в 1989 году в Иркутске состоялась первая в истории СССР массовая протестная демонстрация, участники которой требовали закрытия ЦБК, за что поплатился креслом первый секретарь иркутского обкома КПСС.

Однако комбинат закрыли только почти четверть века спустя – в 2013 году. Соответствующее распоряжение подписал председатель правительства Дмитрий Медведев. Но, поскольку непростительные решения, как правило, имеют далеко идущие последствия, сама по себе остановка производства не приостановила загрязнение.

«За годы бездействия комбината зона его влияния на Байкал распространилась на 2 км от берега, хотя в тот период, когда он функционировал, составляла всего 200 м, заявил на заседании заведующий лабораторией биогеохимии Лимнологического института Сибирского отделения РАН и научный руководитель Ассоциации «Альянс Байкальский» Александр Сутурин. – Поскольку загрязняющие вещества продолжали мигрировать в окружающую среду».

БЦБК. Архивное фото

Памятник апофигизму

За полвека работы БЦБК его площадка превратилась в гигантскую свалку промышленных отходов. Наибольшую опасность для озера Байкал представляют 12 карт-накопителей с отходами IV класса опасности массой в 6,2 млн тонн. В них – шлам-лигнин, зола, древесная кора, в некоторых – строительные и даже бытовые отходы.

Очистные сооружения комбината разрушены, но заполнены почти 250 тыс. кубометров щёлокосодержащей жидкости. Большую экологическую угрозу несет находящийся в прудах-отстойниках черный щелок объемом около 160 тыс. куб.м. Опасность также представляют оставшиеся цеха и сооружения ОАО «БЦБК», рассматривающиеся как строительные отходы.

Всего, по официальным данным, на площадке бывшего БЦБК находится порядка 300 объектов недвижимости, включая 45 объектов, содержащих отходы производства и потребления, пруды-отстойники, очистные сооружения, а также канализационные очистные сооружения города Байкальска. Их общая площадь превышает 500 га.

Содержимое карт – своего рода памятник отечественному апофигизму. Дело в том, что все отходы в карты сваливались произвольно: шлам-лигнин, зольные шлаки, кора. В некоторые добавляли бытовые отходы. Со временем карты сильно заилились и заросли…

«Содержание большого числа токсичных органических веществ – фенолов, хлорорганических соединений, меркаптанов, формальдегида и др., а также солей аммония, натрия, сульфатов, хлоридов, сероводорода на порядки превышает значения ПДК для объектов гидросферы и делает невозможным сброс надшламовых вод и переработку шлам-лигнина без предварительной детоксикации», – пишут в своем заключении эксперты «ВЭБ-Инжиниринг», проводившие исследования состава карт по заказу МПР РФ и Внешэкономбанка. – Осложняет ситуацию и то обстоятельство, что состав отходов в разных картах-накопителях БЦБК не одинаков».

Первая в истории СССР массовая протестная демонстрация была посвящена проблеме БЦБК. Иркутск, 1989 год

Наконец, в зоне озера Байкал существует такое природное явление, как сели, которые в весеннее таяние снегов или периоды сильных дождей сходят с горного хребта Хамар-Дабан, окаймляющего озеро с юго-востока. Если на дороге селевого потока встретится заполненная карта, ее содержимое будет вынесено в Байкал. Этот вопрос, начиная с 2010 года, будирует Лимнологический институт Сибирского отделения РАН. По словам упоминавшегося выше Александра Сутурнина, «…в 2012 году программа по предупреждению селей была включена стараниями института в федеральную программу Защиты Байкала. А потом все пошло «не так» и этот крайне важный вопрос был забыт…»

Напомним, что в 1996 года озеро Байкал включен в список Всемирного наследия Юнеско. Не удивительно, что на сессиях комиссии по Всемирному наследию Россия постоянно получала замечания экспертов ООН по поводу не противодействия органов власти все более возрастающим рискам экологического неблагополучия, грозящим уникальному водоему.

Новый поворот

Справедливости ради следует сказать, что попытки спасения озера все-таки предпринимались. Одна из самых первых но, правда, крайне неудачных, была предпринята в 1988 году. Тогда Байкальский ЦБК попытался рекультивировать карту №12 со шлам-лигнином (отходом, получающимся при варке целлюлозы) с помощью строительного, а потом и бытового мусора города Байкальска. Коммунальные отходы специально перемешивали с лигнином, чтобы снизить вред этого вещества для почвы и окружающей среды. Сюда же добавляли иловые осадки с очистных сооружений города.

Обезвреживания не получалось – лигнин не вступал в реакцию с другими материалами. Однако «эксперимент» длился 8 лет, вплоть до 1996 года. Потом карту передали администрации Байкальска в качестве свалки. Пожалуй, это наиболее яркий пример распространенного ранее подхода, когда некомпетентное руководство промпредприятий пыталось решить насущные экологические проблемы, прячась за ведомственными заборами.

В начале десятых годов века нынешнего за дело взялись МПР РФ и ГКР «Внешэкономбанк», являющийся конкурсным кредитором обанкротившегося комбината. По их заказу в 2012-016 гг. фирма «ВЭБ инжиниринг» разработала проектную документацию «Реализация мероприятий по ликвидации негативного воздействия отходов, накопленных в результате деятельности ОАО «БЦБК». Решением Правительства РФ права заказчика программы ликвидации экологического ущерба были переданы администрации Иркутской области, а исполнителем программы назначили АО «Росгеология». Однако планы так и не были осуществлены.

Байкальский ЦБК, 2008 год

Одна из последних попыток – проект с тенденциозным названием «Великое озеро великой страны». О нем в сентябре 2017 года на Международном байкальском экологическом водном форуме в Иркутске заявил заместитель министра МПР России Сергей Ястребов. Планировалось утвердить проект во втором квартале 2018 года, а окончательно воплотить в жизнь в 2025 году. В Сети до сих пор вывешена презентация Аналитического центра при правительстве РФОссии. России. На картинках – обустроенные по высшему классу берега Байкала. Дальше иллюстраций дело не пошло.

Наконец, в ноябре 2020 принято новое решение: премьер-министр Михаил Мишустин издал распоряжение о подключении к рекультивации отходов комбината Госкорпорации «Росатом». Точнее – ФГУП «Федеральный экологический оператор» (ФЭО), на которое возложена миссия рекультивации объектов накопленного экологического вреда окружающей среде в рамках федерального проекта «Чистая страна». Это обширный проект, в первую четверку целей которого и вошел БЦБК. С этого момента ФЭО стал единственным исполнителем осуществляемых Минприроды работ по ликвидации отходов Байкальского целлюлозно-бумажного комбината.

12 ноября 2020 вице-премьер правительства РФ Виктория Абрамченко утвердила состав межведомственной группы, которая будет отвечать за организацию этих работ. Возглавлять её будет сама Абрамченко. В состав группы вошли специалисты Министерства природных ресурсов РФ, Росприроднадзора, МЧС РФ, Роспотребнадзора. В неё также включены зампред думского комитета по природным ресурсам Николай Будуев, статс-секретарь Росреестра Алексей Бутовецкий, зампред Сибирского отделения РАН, директор Иркутского филиала СО РАН Игорь Бычков, губернатор Иркутской области Игорь Кобзев, зампред правительства Иркутской области Георгий Кузьмин, директор направления по реализации государственных и отраслевых программ в сфере экологии Госкорпорации «Росатом» Андрей Лебедев.

Что делать с картами

Так вот расширенное заседание – первая встреча представителей третьего сектора со специалистами «Росатома», научных институтов, органов власти. Из общественных объединений присутствовали представители ОНФ, общественных палат РФ и Иркутской области, Российского экологического общества, Международной экологической коалиции «Реки без границ», Иркутского областного отделения Русского географического общества, Всероссийского общества охраны природы, движения «Байкал-право» и других.

«С ноября 2020 года мы рассмотрели 60 предложений научных организаций и ученых по рекультивации полигонов БЦБК, – сказал в своем выступлении заместитель генерального директора по реализации экологических проектов ФЭО Максим Корольков. – Здесь учтены и предложения, что в свое время собрал «ВЭБ-Инжиниринг». Предложенные технологии мы разделили на пять групп: компостирование, литификация, изоляция от окружающей среды, вывоз за пределы полигона (как можно дальше от Байкала), сжигание.

Два последних варианта изначально отвергли – нельзя допускать расширения площади свалки, а тем более – использования технологии сжигания. Изначально поняли: учитывая уникальное содержание каждой карты, применить единую технологию утилизации не удастся. Особого внимания требует черный, или сульфатный щелок – отработанный раствор, образующийся после варки целлюлозы, который в значительных количествах накоплен на комбинате».

Фактически все отходы БЦБК находятся на картах Солзанского и Бабхинского полигонов, а также в его разрушенных очистных сооружениях. Как заявил Игорь Корольков, по мнению специалистов ФЭО и сибирских ученых, наиболее оптимальными считается предложение по преобразованию извлеченного из карт лигнина в техногрунт (путем добавления сорбентов, зольных осадков).

Предложенная схема рекультивации будет напоминать карусель с извлечением лигнина из одних карт, смешиванием его с золошлаками из других – для получения техногрунта. А затем размещением полученного состава в освободившиеся карты. Однако они заполнятся лишь частично, условно говоря, наполовину. Доверху же будут засыпаться безвредными почвогрунтами, полученными путем ферментации техногрунта. На почвогрунты предлагается высадить зеленые насаждения.

«Но пока всё перечисленное – лишь гипотетическое построение, – уточнил Корольков. – Прежде чем применять на практике какую-то технологию, она должна пройти экспертизу и опытно-промышленные испытания. Однозначно то, что на месте полигонов мы планируем организовать зеленые лужайки, которые в перспективе войдут в рекреационную инфраструктуру города Байкальска».

На полигоне Бабхинский, где в той самой карте №12 хранятся бытовые отходы, ситуация сложнее. Там требуется создание дренажных систем, изоляция отходов от водоносных горизонтов, формирование многофункционального защитного экрана, внедрение системы дегазации свалочных масс. Кроме того, необходима очистка надшламовых вод, для чего, возможно, придется строить очистные сооружения.

«Все эти предложения мы намерены обсудить с учеными Сибирского отделения РАН, – резюмировал Игорь Корольков. – А также – на самых разных площадках с разными аудиторией и экспертами. В процессе дискуссии и будут выбраны наилучшие технологические решения, которые лягут в основу проекта ликвидации накопленного экологического ущерба БЦБК. Далее предстоит разработка проектных документов, организованы общественные слушания, получение государственной экологической экспертизы. Мы заинтересованы в том, чтобы у жителей Иркутской области была сформирована целостная картина проекта».

Территория БЦБК. Спутниковая съемка, 2020 год

и ратификация Орхусской конвенции

Слова – прозрачность, общественное мнение, информационные открытость и доступность – стали рефреном расширенного заседания. Похоже, «Росатом» действительно решил провести рекультивацию полигонов ЦБК на самом современном уровне – с максимальным участием гражданского общества. Показательная деталь: в конце минувшего года именно для этих целей был создан и Общественный совет Иркутской области при Общественной палате РФ.

«После долгих десятилетий интересы государства и общества наконец совпали, – заявил в своем выступлении российский координатор Международной экологической коалиции «Реки без границ», директор региональной общественной организации «Плотина» Александр Колотов. – До этого исполнители пытались идти короткой дорогой, без обсуждений, оказавшись в итоге в тупике. У нынешнего проекта рекультивации – авторитетный арбитр – Сибирское отделение РАН, который изучает и анализирует предложения специалистов, ученых, заинтересованных лиц, накопленные за много лет.

Это радует. Вместе с тем, учитывая, что Россия – страна, подписавшая конвенцию об охране Всемирного наследия, нужно приложить все усилия, чтобы процесс был максимально прозрачным и открытым, чтобы результаты были представлены органам международной конвенции для согласования. Это, прежде всего, Международный союз охраны природы.

Кроме того, у нас появился уникальный шанс: госкорпорация «Росатом» имеет богатый опыт реализации зарубежных проектов с очень высоким уровнем общественного участия. Поэтому я предлагаю государственной корпорации «Росатом» использовать эти самые высокие международные стандарты и, в частности, провести весь этот цикл с использованием положений Орхусской конвенции», – резюмировал Александр Колотов.

Мнение эксперта поддержала представитель Общероссийского народного фронта: «Считаем, что без ратификации Орхусской и Эспо- конвенций в данном проекте не обойтись. Орхусская – «О доступе к информации, участии общественности в принятии решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды», а также Эспо-конвенция – «Об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте» – дают нам механизм учета общественного мнения. Не нужно изобретать велосипед. Тем более, база российского законодательная в плане учета мнения граждан крайне слаба. Необходимо решение федерального правительства о ратификации обоих документов».

Возможно, Госкорпорация «Росатом» и окажется той самой структурой, которой под силу поставить на федеральную повестку дня данный вопрос?

БЦБК, февраль 2021 года

Селевая опасность

Итак, эксперты, ученые, специалисты считают рекультивацию территории ЦБК делом осуществимым. А вот опасность селей встает в полный рост, особенно учитывая предстоящий весенний паводок…

«Если к таянию снега добавить еще и ливень интенсивностью, скажем, 130 мм, все содержимое карт вместе с селевыми потоками поплывет в озеро, – заявил Александр Сутурнин. – Первым делом необходимо создать надежную защиту от селей. А она передана в ведение региональных властей. И на нее выделено всего 60 млн рублей. Такое впечатление, что исполнители проекта реально не оценивают селевых рисков». Между тем, Слюдянский район в целом и Байкальск в частности входят в первую тройку регионов России по опасности их схода.

Похоже, опасения лимнологов небезосновательны. Как следует из выступления министра природных ресурсов Иркутской области Светланы Трофимовой, ее ведомство только в 2020 году заказало разработку проектной и рабочей документации на реконструкцию селезащитных сооружений для Байкальска.

«С учётом поручений, данных вице-премьером России Викторией Абрамченко, мы совместно с Федеральным экологическим оператором определили приоритеты – что нужно сделать в первую очередь, – сказала Трофимова. – По контракту, который мы заключили на реконструкцию и модернизацию селезащитных сооружений на десяти реках Слюдянского района, проектная документация будет готова в ноябре. Но в приоритете три реки – Большая и Малая Осиновки, Солзан. По ним документация со всеми экспертными заключениями будет готова уже к июню.

После этого мы будем выходить на межведомственную рабочую группу, искать средства федерального бюджета, определять главных распорядителей бюджетных средств на федеральном уровне для выделения соответствующего финансирования и реализации первоочередных мероприятий в этом году».

Итак, документация будет готова к июню… Между тем, нынешней зимой в районе Байкала выпало много снега, ожидается интенсивный паводок. Так что нам остается, фигурально выражаясь, надеяться на высшие силы…

***

Как подытожил директор направления по реализации государственных и отраслевых программ в сфере экологии Госкорпорации «Росатом» Андрей Лебедев, отобранные технические решения и лягут в основу проекта ликвидации накопленного экологического ущерба. Федеральный экологический оператор планирует подготовить его до августа или сентября 2021 года, а затем направить на государственную экспертизу. Согласно «дорожной карте», которую в ноябре приняло российское правительство, в окончательном виде его должны утвердить до 31 мая 2022 года. Ещё два года после этого срока будет отведено на саму ликвидацию накопленного экологического вреда.

Источник

Интересное по теме