РАЗМЫШЛЕНИЕ О ЧЕЛОВЕКЕ И ЛЮДЯХ(Страница: 45)

Размышление о человеке и людях читать История людей в зеркале истории цивилизаций 45

Этот идеологический Олимп стоической личности основывался на соответствующем мировоззрении. «Вселенная — одно большое живое существо, — учили стоики, — ее душа — бог, а сердце — солнце. Бог — активная составляющая Космоса, творческая, разумная сила природы. Эта сила формообразует косную, аморфную материю, под­чиняет ее собственной разумной воле. Бог же всемогущ. Он все зна­ет, все предвидит и сознательно ведет мир к благой цели».

Таким образом, Космос движется к прогрессу, Вселенная посто­янно совершенствуется. Именно это убеждение позволяло стоикам равнодушно взирать на людские беды и мириться с окружающей неустроенностью. В самом деле, если все в целом превосходно, то стоит ли страдать из-за несовершенства отдельных частей? Кроме того, человек мал, ему не постичь божественный замысел, и то, что на земле воспринимается как зло, с небес, с глобальных позиций Вселенной, возможно, видится благом, и даже должно выглядеть благом, коль конечный итог — торжество добра.

Из такого представления о мире с неизбежностью следует пас­сивное, созерцательное отношение к жизни. Видимое зло ничтож­но, да к тому же обречено, бог всемогущ и не нуждается в помощи людей, а сами люди являются игрушкой судьбы, ибо все заранее предопределено замыслом творца. Вот такими взглядами и объяс­няется неземное спокойствие стоиков, такие мысли одурманивали их ум и усыпляли сердце, благодаря чему они равно презрительно смотрели и на суетящегося в грошовых заботах торгаша, и на от­стаивающего справедливость оратора, и на спасающего Родину героя. Увы, стоицизм — философия уставших духом. По сути, отличие стоиков от киников невелико: хотя те вели себя, как собаки, а эти — как боги, одни смотрели на жизнь со стороны, другие — свер­ху, однако и первые, и вторые находились вне ее, вне жизни, они самоустранились.

Кроме того, в учении стоиков легко обнаружить и формальные противоречия. Так, если Вселенная идет по пути прогресса к со­вершенству, то почему по истечении мирового года, исчисляемого стоиками в десять тысяч восемьсот лет, мир гибнет в хаосе косми­ческого пожара, чтобы затем возродиться вновь? Где справедли­вость, если гибнет совершенное, и почему мир гибнет, если он дос­тиг совершенства, ведь разрушение начинается там, где есть изъя­ны? И зачем богу наделенные сознанием и душою люди, если он всемогущ? Зачем создавать столь изощренные существа, если не использовать их в своих целях, то есть в утверждении всемирного добра? И зачем, вообще, всемогущему что-то упорядочивать и со­вершенствовать, если он в силу своего могущества сразу способен создать совершенное?

Анализируя стоицизм в совокупности с породившими его усло­виями, следует сделать вывод, что отвлеченные умопостроения, основанные на задействовании вселенского разума, поиски так на­зываемого высшего смысла затеваются тогда, когда теряется смысл реальной жизни.

Эпикуреизм, будто бы наоборот, призывал найти радость в зем­ной жизни, и отстранился от божественного вмешательства. Мате­риализм Эпикура в какой-то степени являлся реакцией на разоча­рование в идеализме стоиков и Платона. В условиях неумолимо нарастающего общественного и нравственного кризиса в эллин­ском мире продолжать уповать на космический разум или божест­венную волю уже было невозможно. Потому Эпикур предпринял попытку объяснить мир, исходя из него самого. Он сказал, что Все­ленная состоит из предметов, пустоты, где они движутся, и их свойств. Человек через свои ощущения воспринимает свойства предметов и таким путем получает представление о предметах в виде их образов. Дополнительно он ввел в рассуждения несколько критериев, в той или иной мере характеризующих предваритель­ный опыт в отношении воспринимаемых явлений. Богам же в его мире места не осталось, но он освободился от них весьма остроум­но. Учитывая религиозную основу мировоззрения своих современ­ников, Эпикур не стал отрицать наличия богов, а просто объявил их в высшей степени счастливыми. Гнев, страх, забота, милость несовместимы с блаженством, — заявил он, — а, значит, боги не могут участвовать в земных делах и делить с людьми их труды и не­счастья. Цицерон охарактеризовал позицию Эпикура с римской проницательностью и прямотой: «По мнению Эпикура, никаких богов нет, а то, что он сказал о бессмертных богах, сказано им для отвращения негодования. Божество у него нечто слабое и пре­зренное, ничего никому не уделяющее, ничего не дарящее, ни о чем не заботящееся, ничего не делающее. Но такого существа совер­шенно быть не может, и Эпикур, видя это, на деле отвергает, на словах же оставляет богов».

Интересное по теме

Leave a Comment