Шаурма победила Госсанэпиднадзор

В ноябре прошлого года главный санитарный врач Москвы Николай Филатов заявил, что все городские палатки общественного питания, не оборудованные центральным водоснабжением и канализацией, будут закрыты. Поводом для этого послужили результаты санитарной проверки таких «фаст-фудов». Выяснилось, что почти половина отобранных образцов шаурмы, салатов-наполнителей и подобной продукции не отвечают требованиям по микробиологическим показателям. «Можно говорить, что эта продукция невысокого качества», — заключил Филатов.

Датой вступления в силу новых санитарных правил было названо 1 марта 2003 года. Однако шаурмой (или нужно по-питерски писать «шаверма»?) продолжают торговать до сих пор.

Действительно, продавцы «восточного лакомства» часто не могут помыть овощи, которые они кладут в свое «изделие». Из-за отсутствия воды грязными остаются даже их руки. Куры-гриль жарятся на немытых вертелах, их обдувает пыльный городской ветер; посуда с салатами и соусами часто находится в буквальном смысле «на пути» засаленных денежных купюр от потребителя к продавцу. Об этом говорилось не один раз и не в одном месте, однако спрос на грязный «фаст-фуд» от этого не упал.

Раз есть спрос, найдутся люди, которые создадут предложение. И сколько бы санэпидемстанции не закрывали подобные ларьки, они возникают снова и снова, если не на том же месте, то в радиусе 50 метров.

Когда-то полные решительности чиновники, оценив объем предстоящей работы, намерились закрыть уличные кафе 1 апреля – на месяц позднее ранее назначенного срока.

Однако ларечников в этот день разыграли: закрытия не состоялось. А состоялось «совещание заинтересованных сторон» в кабинете Филатова, по результатам которого было принято решение отложить на три месяца «кончину уличного общепита». То есть, теперь новые санитарные правила должны вступить в силу 1 июля этого года.

Однако правила к этому времени, скорее всего, будут уже другими: «заинтересованной стороной» — Ассоциацей предприятий быстрого питания Москвы — было предложено в трехмесячный срок внести в документ смягчающие поправки, которые позволят торговать едой на улице, используя привозную воду, как это делается и сейчас.

Киоски с фаст-фудом заполонили столицу после дефолта 1998 года, когда многие предприниматели, занимавшиеся, например, фондовыми операциями или поставкой компьютеров, потеряли свой бизнес. Затраты на специально оборудованный фургон, подобный тем, в которых продают блины, печеную картошку или слойки, возвращаются менее чем за год. Коммерсанты, продающие шаурму или разогревающие полуфабрикаты в микроволновке, спрятанной от глаз ревизоров за пивной витриной, оказываются «в плюсе» еще быстрее.

Москвичи покупают еду в таких ларьках, не обращая внимания на грязь под ногтями продавца, на крыс, бегающих «от шаурмы к чебурекам» и обратно, на деньги, валяющиеся буквально в салатах.

Шаурма есть и в Европе, например, в Греции. Однако продается она совсем по другому – в небольших кафе с водопроводом и канализацией. У продавцов чистые ногти, повара не берут деньги в руки, а мясо не висит теплыми летними ночами на вертеле в закрытом киоске. Если кому-нибудь там придет в голову продавать шаурму в передвижном киоске с нарушением элементарных гигиенических норм – ее просто никто не купит.

С отсутствием спроса предложение пропадает автоматически. «Антисанитарные» ларьки будут закрываться сами по себе, сберегая драгоценные силы Госсанэпиднадзора.

Так, может быть, действительно проблема в потребителях, и народ ест ту шаурму, которую заслуживает?

Дмитрий Ларченко (dmitry@lenta. ru)

Интересное по теме

Leave a Comment