Интеллект животных: войны обезьян и логика крыс

Люди привыкли считать себя единственными разумными существами на планете. Действительно, ни одно животное не сочинило роман и не изобрело колесо. Логика, самосознание, предвидение, речь и многие другие свойства характеризуют разумное поведение. Животным же отводилась скромная роль. Люди были убеждены, что животные подчиняются простым условным рефлексам. Но дать строгое определение интеллекта оказалось очень трудно. Большинство составляющих интеллекта обнаруживается у животных. И чем больше узнает человек о мире животных, тем больше «разумного» он находит у животных, и тем меньше у человека оснований называть себя единственным разумным существом.

Доктор биологических наук, сотрудник Палеонтологического института РАН Александр Марков рассказывает о последних открытиях, посвященных исследованию интеллекта животных.

Войны обезьян

Еще недавно казалось, что радикальных отличий между человеком и животными очень много – и логическое мышление, и многие особенности поведения, например, войны. Но в последнее время появляется все больше и больше исследований, которые показывают, что многие из этих признаков, которые считались чисто человеческими, в том или ином виде есть и у животных. Так зоопсихологи обнаруживают, что негативные черты, в частности война, есть и у животных. Хотя раньше они присваивались только человеку. Нельзя, конечно, оправдывать войны, но можно указать, что и у них есть некие природные естественные корни. Я хочу рассказать о нескольких открытиях такого рода, которые были сделаны буквально в течение последних нескольких месяцев.

Ученые, наблюдавшие за дикими шимпанзе в природе, обнаружили, что эти обезьяны иногда совершают настоящие военные набеги на своих соплеменников – на других шимпанзе. Они живут отдельными семьями, общинами. Самцы из одной общины, иногда и самки, совершают такие рейды, во время которых они пытаются поймать одиноко гуляющего шимпанзе из другого племени, начинают его бить, кусать. Иногда, хотя и не очень часто, это кончается смертью потерпевшего, то есть это сознательное групповое убийство чужака на его собственной территории. Интересно, что очень похожим образом ведут себя дикие племена, которые живут, скажем, в Новой Гвинее, – охотники за головами. Там практически каждая деревня — это отдельное племя, а все окружающие деревни — это враги. И там даже нельзя было в некоторых случаях молодому человеку жениться, если он не добудет голову чужака. Думали до недавнего времени, что это свойственно только двум видам – соответственно, человеку и шимпанзе.

Буквально две недели назад появилась статья, в которой говорилось, что такое же поведение обнаружено у еще одного вида обезьян, причем не человекообразных. Речь шла о паукообразных обезьянах, которые обитают в Центральной Америке. Они намного примитивнее, чем человекообразные обезьяны. В отличие от шимпанзе они, например, не охотятся. В их рационе нет животной пищи. Ученые думали, что военные навыки развились у шимпанзе в связи с тем, что у них есть навыки коллективной охоты. По-видимому, нет, потому что паукообразные обезьяны не охотятся, но тем не менее воюют. Исследователи в джунглях, в Центральной Америке, на полуострове Юкатана в Мексике долго наблюдали за двумя семьями паукообразных обезьян и зарегистрировали несколько типичных военных рейдов, когда группа из трех-четырех самцов спускалась с деревьев (вообще они по земле передвигаются очень редко) и переходила границу соседнего племени. Они шли колонной, вожак впереди, остальные за ним. Шли они по земле очень тихо, стараясь не наступать на ветки, очень осторожно, то и дело осматриваясь и прислушиваясь. Если они видели чужака, то нападали на него. Иногда просто пугали, прогоняли, хватали, начинали бить и кусать. Причем те, кто подвергался нападению, при виде налетчиков демонстрировали очень сильный испуг, начинали звать на помощь, паниковать.

Они прекрасно понимали, зачем эта компания пришла. И их соплеменники, ломая ветки, действительно спешили на помощь. Если помощь приходила вовремя, то бандиты обычно отступали. Причем на беременных самок обезьяны не нападали, в худшем случае пугали их и все. Ни одного убийства исследователи не наблюдали, но они объясняют это тем, что было зарегистрировано всего семь рейдов и ни разу налетчики не наткнулись на одинокого самца. А шимпанзе во время набегов убивают преимущественно самцов. По-видимому, такое поведение возникало независимо. Паукообразные обезьяны, шимпанзе, человек не являются родственными линиями и это нельзя объяснить наследованием от общего предка.
Пожалуй существенное отличие таких «животных» войн состоит в том, что обезьяны никогда не бросаются грудью на амбразуру. Если они видят превосходящие силы противника, они отступают. Поэтому, в общем, эти конфликты, конечно, гораздо менее кровопролитны.

Там, где есть конфликт, должно быть и примирение. Недавно под редакцией ведущего российского антрополога, профессора Марины Львовны Бутовской, вышла коллективная монография о механизмах примирения среди обезьян и людей, особенно детей. Оказалось, что постконфликтное поведение очень схоже.

Ученые наблюдали за маленькими детьми в детских садах, за школьниками, за подростками в колониях для несовершеннолетних, за ребятами в школах для детей с дефектами умственного развития. Параллельно велись наблюдения за разными видами обезьян. Выяснилось, что во всех этих коллективах развиты механизмы примирения и часто они очень сходны.

В частности, в примирениях обезьян участвуют посредники — мирители, которые вмешиваются и подталкивают стороны к примирению. У разных видов обезьян есть разные характерные способы примирения. У шимпанзе, например, это поцелуи. Бонобо же, карликовые шимпанзе, самые социализированные среди обезьян и, пожалуй, самые умные обычно мирятся при помощи секса. У бонобо очень развиты сексуальные технологии, в том числе и гомосексуальные.

Логика крыс

Логическое мышление, а именно способность выделять причинно-следственные связи, считалось свойственным только человеку. И вот оказалось, что и здесь человеку приходится потесниться. В феврале нынешнего года была опубликована статья с описанием экспериментов, которые показывают, что животные, даже не обезьяны, а крысы, обладают зачатками логического мышления, то есть, способны отличать случайную связь от причинно-следственной.

Эксперимент достаточно тонкий. В одной серии эксперимента брали крыс и включали световой сигнал, а через несколько секунд давали звуковой сигнал. Таким образом, у крыс формировалось представление, что после света идет звук. Потом тех же самых крыс обучали другой связи: включали свет и давали пищу. У них формировалось представление, что после света бывает пища. Экспериментаторы думали, что у крыс может возникнуть ассоциация между пищей и звуком — они как бы связаны светом: он является причиной звука и он является причиной пищи. Возникнет ли у крысы ассоциация между двумя следствиями одной и той же причины? Возникла. Когда такой обученной крысе включали звук, она проверяла кормушку, в надежде найти в ней пищу.

А вот дальше самый тонкий момент: если крыса думает просто по ассоциации, то ей должно быть все равно, по какой причине возник звук. У нее просто возникла некая ассоциация: где свет, там и звук, где свет, там и пища. Ученые предположили что, если дать крысе возможность самой издавать звуковой сигнал, она тоже должна тыкаться в кормушку, потому что причинно-следственных связей она не понимает. Это и решили проверить. Поместили в клетку рычаг, при нажатии на который раздавался звук. Крыса могла сама нажимать рычаг и издавать этот звук. И вот оказалось, что если крыса сама нажимает на рычаг, она не бежит проверять кормушку, а если звук включает экспериментатор, то бежит. Это говорит о том, что крыса правильно поняла причинно-следственные связи.
Чтобы проверить эти выводы, была проведена вторая серия экспериментов, в которой обучение проводилось следующим образом: сначала давали звук, за которым следовал свет, а на втором этапе давали свет, за которым следовала пища. То есть крыса, в том случае если она действительно выделяет причинно-следственные связи, должна была понять, что звук порождает свет, а свет порождает пищу. В данном случае звук явился причиной появления пищи, а не случайным совпадением, как в первой серии экспериментов. Поэтому в данной ситуации такие крысы должны искать пищу в кормушке независимо от того, как возник звук, поскольку звук сам является причиной. Так и оказалось. В ходе эксперимента крыса, нажимая на рычаг и вызывая звук самостоятельно, бежала в кормушку проверить, есть ли пища. Это противоречит господствовавшей до сих пор точке зрения, что животные мыслят только по ассоциациям и не способны отличать совпадение от причинно-следственной связи. Оказывается, в какой-то зачаточной форме у них есть способность логического мышления.

по материалам сайта ecoportal. ru 

Интересное по теме

Leave a Comment