Нужен ли Петербургу еще один намыв в Василеостровском районе?

Инвест-проекты на побережье Финского залива грозят стать самыми существенными точками конфликтов между местными жителями и застройщиками. Взрыва пока не произошло, но недовольство копится.

Первые намывные территории в западной части Василеостровского района выросли ещё в 60-ых годах прошлого века. В 2000-ых годах появился проект по созданию двух новых намывов – Южного у Васильевского остова и Северного у острова Декабристов. Тогда, в 2006 году, удалось возвести только южную часть и небольшой кусочек северной, на которой теперь располагается «дикий» пляж.

Когда-то предполагалось, что эти два новых намыва создадут новое лицо города, не даром проект носит гордое название «Морской фасад». Однако со временем из проекта постепенно исчезли интересанты, и в итоге территории на Южном намыве были проданы разным девелоперам, а право на намыв северной части «фасада» осенью 2020 года приобрела «Группа ЛСР».

Отделённый от основной части Василеостровского района Южный намыв многими признаётся одним из крупнейших градостроительных провалов в истории Петербурга. И дело не в том, что проект за прошедшие 15 лет реализован лишь на треть, а скорее в преобразовании предполагаемого морского лица города в заурядный жилой квартал, транспортных проблемах и отсутствии необходимой инфраструктуры. Так, еще к 2017 году здесь должны были открыть школу, два детских сада и кабинет врача. Кроме того недовольство жителей вызывает шум от Западного скоростного диаметра (ЗСД), который проложили фактически под окнами жилых домов. Сюда же следует добавить летящий в эти окна песок, на который, как и на шум от ЗСД, жалуются и обитатели намыва, и жители прилегающих территорий.

Впрочем, если говорить об акватории Невской губы, то ущерб для неё был бы одинаково катастрофичен как от феерических успехов архитектурной мысли, так и от безликого многоэтажного гетто. В Невскую губу было свалено 20 млн кубометров грунта. Образовавшаяся при строительстве намыва взвесь распространилась в водной толще на многие километры – до Зеленогорска и Ломоносова. Таким образом Южный намыв, по мнению специалистов, стал самой крупной экологической катастрофой побережья. По данным Государственного мониторинга геологической среды Финского залива, проводившегося ФГУНПП «Севморгео», мутность повысилась с 91 единиц на литр в мае 2006 года до 1000 ед. в октябре 2006 г.

Последующие три года Зоологический институт РАН констатировал небывалую деградацию биоценозов Невской губы. Вода лишалась кислорода, обширные области дна стали покрыты слоем глинистой субстанции, оказались засыпаны подводные карьеры, ранее использовавшиеся рыбами в качестве зимовальных ям, была утрачена растительность, снизились возможности для нереста и т.д. О том, что отдалённые последствия содеянного ещё до конца не изучены, биологи говорили ещё в 2008 г. На сегодня экосистемы до сих пор полностью не восстановились.

Схема предполагаемого Северного намыва в Василеостровском районе Петербурга

Одна из причин такого значительного негативного влияния – подъём донных отложений, в которых годами копились опасные вещества. К счастью для нас, самые токсичные соединения оседают в водоёмах на дне, и если их не тревожить, относительно (!) снижается угроза их проникновения в толщу воды. Но проведение намывных работ непосредственным образом влияет на структуру дна, и то, что оседало там десятилетиями, восстало, будто древнее зло, и растеклось в среднем на 150 км. В частности были зафиксированы повышенное содержание высокотоксичных соединений кадмия и меди. По словам руководительницы природоохранной организации «Друзья Балтики» Ольги Сеновой, из-за создания намывов со дна поднимаются осевшие за много лет токсичные вещества: тяжелые металлы, нефтепродукты, фенолы.

Против Северного намыва высказалась и дирекция Комплекса защитных сооружений – дамбы. На помощь приходит учебник математики: если одна труба наполняет бассейн, а вторая воду не выводит, то результат очевиден – бассейн наполнится. Физика вторит: тело, погруженное в жидкость, вытесняет объём, равный своему. Логично, что выгружая в Невскую губу значительные объёмы грунта, мы оставляем меньше места для воды, которая поступает туда из Невы и других рек. Инженеры, готовившие проект дамбы, к сожалению, не предполагали создания обширных намывных территорий под жильё. И их можно понять. Как-то странно выглядит сама идея значительного расширения земель в стране, занимающей огромную площадь и постоянного «достраивания» квартир с видом на залив.

«Проект Южного намыва – пример целого ряда ошибок, которые можно включать для изучения в учебники по урбанистике. Строительство велось и все еще ведется разными темпами: строятся типовые жилищные массивы с крохотными квартирками, отсутствует дорожная инфраструктура, жителей кормят завтраками про школы и детские сады, нет общественных пространств, больниц и постов полиции тоже нет, – считает Игорь Пирогов, активист группы против строительства намыва. – Группа ЛСР, тот самый «идеальный» застройщик, еще на Южном намыве обещал, что в его ЖК не будет маленьких однокомнатных квартир и студий, а сейчас их продает на своем сайте. Проект намывов вскрыл комплексную проблему – в Василеостровском районе ни один чиновник не отвечает за исполнение градостроительных нормативов!

Ещё вопрос – а как будет работать метро при увеличении числа жителей [района] на 100 тыс. человек? Не так давно закрывали на реконструкцию метро «Василеостровская». Если закроют «Приморскую», как эти люди будут выезжать из района? Также интересно, а откуда они будут брать мощности: воду, киловатты? ЛСР, конечно, кормит обещаниями, но есть ли возможность для их реализации?

Если задуматься о целесообразности строительства, то оно не нужно ни Васильевскому острову, ни городу в целом, ни даже туристам: угроза затопления и разрушения памятников снижает инвестиционную привлекательность Петербурга. Огромный экологический вред ставит вопрос о выполнении Россией международных обязательств по охране Балтийского моря. Единственный интересант – та самая «Группа ЛСР», которая хочет заработать побольше: квартиры с видом на залив дороже обычного «Кудрово-Мурино». Но неужели ради позиций в списках «Форбс» можно губить нормальную жизнь острова и всего региона?»

Месторождение «Стирсудденские банки»

Генералы песчаной карьеры

Ещё один вопрос – а откуда, собственно, берётся песок для намыва? И вот тут оказывается, что сам намыв с его колоссальным экологическим и серьёзным социальным уроном – это ещё не единственное зло. «Группе ЛСР» принадлежит несколько месторождений песка. О судьбе Воронцовского карьера в Ленинградской области, представляющем собой «марсианский пейзаж» посреди лесов Карельского перешейка, подробно писали не раз и вспоминали его совсем недавно.

А вот ещё одно месторождение находится непосредственно в Финском заливе. Морской песчаный грунт должны привезти с месторождений «Сескар» (рядом с одноимённым островом) и «Стирсудденские банки» (возле посёлка Озерки, входящего в Приморское городское поселение). Ранее недропользователем месторождения возле Озерков было ОАО «Ленинградский речной порт», ныне выкупленное Группой ЛСР. Месторождение Сескар специалисты называют одним из удачных вариантов недропользования в сравнении с более медководными.

Однако любые работы по добыче печка – это ещё один удар по морским экосистемам из-за повреждения дна, замутнения, непосредственного попадания живых организмов в аппараты для забора песка и т.д.

Гибель зоопланктона, мелких беспозвоночных и других представителей кормовой базы для более крупных видов подрывает основы пищевой цепочки, в которую включены птицы и морские млекопитающие. Таким образом, по обитателям Финского залива наносится двойной удар: им вредит и сам процесс намыва, и добыча песка для его производства.

Сочетание этих двух факторов похоже на риски, выявленные общественной экологической экспертизой проекта «Приморского УПК»: там тоже помимо угрозы гибели сообществ в местах прокладывания фарватера есть риск загубить огромные популяции при вываливании 12,5 миллионов кубометров этого «лишнего» грунта на входе в Выборгский залив возле острова Грузный. Стоит ли подвергать наше хрупкое, слабосоленое и относительно неглубокое море таким испытаниям, от которых оно, возможно, не оправится? Инвесторы предпочитают отмалчиваться или прикрываются бумагами и разрешениями «сверху». Одна беда, погибающим животным эти бумаги не предъявишь.

Источник

Интересное по теме