Домашнее воспитание – вместо яслей и садиков

Когда мы рассуждаем про плюсы ✅ДОМАШНЕГО ВОСПИТАНИЯ, обычно появляется одна и та же "проблема" — мамам "не справиться" с ребенком. Только если родители преодолевают эти трудности, ищут решения, даже путем проб и ошибок, если они пытаются действовать, а не отдают свои функции — тогда они состоятся как родители.

Есть совершенно замечательные педагоги и в яслях, и в садиках, которые очень добросовестно относятся к своим обязанностям и на самом деле любят детей. Нужно понимать одно: при любви к детям «в общем» ни один педагог, никогда и нигде не сможет любить вверенного ему ребенка так же, как родитель. Педагог может искренне привязываться к определенным детям на протяжении их пребывания с ним (так бывает), у него могут быть прекрасные чувства по отношению к подопечным, но при любой ситуации — все эти дети лишь эпизод в его педагогической практике.

Про воспитание дома

Человек устроен так, что он не может разбазаривать зря свою эмоциональную сферу: если педагог каждого ребенка будет беззаветно любить, он через пару лет сойдет с ума или как минимум у него наступит эмоциональное выгорание и нервный срыв. Педагог может хорошо относиться к ребенку, принимать его внутренне, но у него никогда не возникнет глубоких чувств по отношению к подопечным — это просто невозможно. Его сознание будет противостоять и ставить защиту.

Педагог любит этого ребенка определенный период. Через несколько лет он не вспомнит, как его звали, даже при хорошей профессиональной памяти. Допустим, это такой человек, который полностью посвятил себя работе с детьми, и у него нет своих детей, он искренне привязывается к воспитанникам. Но разве можно представить, что про каждого за все годы работы он постоянно думает и о каждом одинаково постоянно переживает? Точно так же, как бы мы ни относились хорошо к коллегам по работе, мы не питаем к ним таких глубоких и долговременных чувств, как к самым ближайшим родственникам.

Более того, я как педагог могу утверждать, что ни один человек не в состоянии одинаково любить целую группу чужих детей (даже если он в целом прекрасно относится к детям). Это невозможно психологически, мы не устроены так, мы люди, а не роботы. Понятное дело, что сознательный и добросовестный педагог будет всячески стараться одинаково хорошо относиться ко всем детям (внешне). Но внутри это невозможно привести в одинаковое состояние (могу сказать точно).

Помню по школе — учителя приходят в учительскую и разряжаются: «Ты представь, этот Петров из 7-го «А»… И так далее. И если учительница в учительской может, скажем так, нелестно выражать свое отношение к Петрову, то внешне в классе она ничем это не выкажет. И даже если ей запретят это высказывать, и даже если она боится так подумать, ей невозможно запретить это чувствовать. Да, внешне этого не будет видно, и воспитательница одинаково относится ко всем детям в группе и одинаково хорошо выполняет свои обязанности по отношению к каждому. Проблема в том, что дети гораздо более восприимчивы к невербальным проявлением. То есть они напрямую чувствуют, что у воспитательницы в эмоциональной сфере, а не ее действия и не ее слова.

То есть в самый критический для впитывания любви период ребенок развивается вне этой самой любви. (Мы при всем уважении к добросовестным педагогам не назовем их хорошее отношение к данному ребенку на протяжении периода воспитания или образования настоящей глубокой материнской любовью). Раннее детство и дошкольный возраст — периоды становления личности и всего мировоззрения в целом, и воспитание вне атмосферы любви не восполняется никаким «специальным развитием».

Материнская любовь совершенно другая по природе. Она заложена генетически, она безусловна и не меняется от обстоятельств. Более того, любые отрицательные эмоции по отношению к ребенку (мама сердится, злится, раздражается, устает и т.п.) все равно несопоставимы по сравнению с любовью. Невозможно же допустить, что мать подумает: «Так устала сегодня от сына — лучше бы его не было в нашей семье!» Устала? Устала, но попробуйте что-то плохое про него сказать — разорвет! Воспитательница же вполне может думать: «Как устала от Петрова — лучше бы его не было в группе. Может, попросить заведующую перевести…» и так далее. И это абсолютно нормально для нее — у нас был случай в школе, когда учительница попросила перевести ученика из ее класса по причине психологической несовместимости, и ее все прекрасно поняли.

Так вот, дома ребенок пребывает не потому, что мама профессиональнее воспитателей в организации распорядка дня или знании развивающих методик. Он воспитывается дома потому, что впитывает на всю свою будущую жизнь материнскую любовь. Для него в дошкольном детстве строится платформа полного принятия и безусловной любви. Именно на это он будет подсознательно опираться всю жизнь. Это константа, фундамент.

Нет, не внешнее выражение хороших чувств при исполнении своих профессиональных обязанностей и «в принципе хорошее отношение к детям», а глубочайшая любовь к этому ребенку. Материнская любовь отличается тем, что она не ограничена рабочим днем или учебным годом. Она простирается на всю жизнь, и это ребенок впитывает и ощущает подсознательно.

Да, здесь нет сиюминутных результатов. По лицу ребенка точно незаметно будет — о, впитал дозу любви, на сегодня все! Нет, это такие сокровенные процессы, которые нам нашим разумом пока что не понять (человек вообще очень плохо исследованное существо). Просто естественно, что в возрасте становления личности и развития эмоциональной и нравственной сферы ребенок пребывает в атмосфере любви, настоящей материнской любви.

Я повторю то, что сказано в самом верху: я не имею в виду полное потакание или еще какие-нибудь неправильные проявления. Но обычная мама — да, она несовершенна и не умеет даже толком выразить свою любовь — относится к своему ребенку несравнимо иначе, нежели любая самая совершенная и профессиональная воспитательница — к нему же. Так вот, ребенок воспринимает прежде всего эту глубину и перспективу любви — внутренне, подсознательно, — а не профессиональные навыки и внешние проявления.

Воспитательницы могут быть очень милые, воспринимать всех детей в группе примерно одинаково, не выделять «любимчиков» (они все равно будут у каждой из них подсознательно) и любить всех детей «в целом». Но мои дети — это не абстрактные среднестатистические «дети в целом», они уникальные, и им нужна уникальная, направленная лично на них материнская любовь, выделяющая их из всего остального мира.

Порой задают вопросы: «А что если ребенок нежеланный?», «А что если мама не чувствует такой уж безусловной любви?», «А если маме тяжело и не нравится быть с ребенком?».

Мы не можем в воспитании детей идти по принципу «нет человека — нет проблемы». Если мама при своих нерешенных внутренних проблемах будет отталкивать ребенка, из этого не получится хорошего результата. Наоборот, принятие через какую-то тяжелую внутреннюю работу, через анализ своих детских проблем — возможно. Принятие путем максимального расставания с ребенком и перепоручения его «чужой любви» — невозможно.

Материнскую любовь не могут заменить «развивающие занятия».

Материнскую любовь не может заменить «общение со сверстниками в группе».

Материнскую любовь не может заменить профессионализм окружающих ребенка специалистов.

Материнскую любовь не может заменить «необходимость социализации в коллективе».

Материнскую любовь не могут заменить правильные методические пособия.

Материнскую любовь не может заменить ничто! Материнская любовь — единственное, что мы можем дать своим детям навечно.

Учимся общаться — в семье или в садике?

Для чего ребенку домашнее воспитание? Чтобы познавать систему взаимоотношений. Нет ли в этом противоречия? Ведь мы привыкли к волшебной фразе «ребенок в садике научится общаться». Давайте попробуем не закрываться шаблонными фразами, а вникнуть в суть.

Прежде всего: ребенок «учится общаться» не с определенного министерством образования возраста, а с первых моментов своей жизни, ощущая свою маму и устанавливая с ней невидимую связь. Потом точно так же он познает других людей в поле своего восприятия. С каждым из них у него будет новая связь, особенные отношения (мы же понимаем, что папа — совсем не то же самое, что бабушка в системе отношений).

Таким образом, уже в самом раннем возрасте и только «на территории семьи» ребенок учится устанавливать связи и контакты и их регулировать (с кем-то хочется быть больше, с кем-то меньше). Семья для малыша — то самое «первое общество», первый и главный социум и первая система отношений.

Когда рассуждают о необходимости «учиться общаться» в садике, почему-то забывают, что садик — явление совсем недавнее, и поколение наших бабушек еще росло «на воле». При этом, что удивительно, общество не состояло из одних социопатов.

Могу привести в пример ровесниц своей покойной бабушки — у них не было этих внутренних барьеров к общению и условностей, нагроможденных в нас, садиковских детях. Они, даже проехав немножко в автобусе, успевали там перезнакомиться с большинством пассажиров, к каждому обращаясь как к старому знакомому. Признаюсь честно: мне иногда было неловко, когда моя бабушка, скажем, в магазине или поезде начинала общаться с продавцом или проводником как со старым знакомым. Я так не могла совершенно — для меня это были официальные лица, и наше общение должно было ограничиться официальными фразами. Ну, это личный пример, и можно привести любые контр-примеры. Что за этим стоит по сути?

Когда ребенок в качестве основы системы отношений получает семью, он проецирует такие отношения на других. Он представляет себе общество как много таких же семей. Общество в этом представлении не враждебно, оно населено такими же людьми. Человек открыт обществу, он настроен позитивно, его позиция — уверенного и «принятого» изначально, он всегда чувствует себя «своим».

Если ребенок в раннем и дошкольном детстве получает в качестве основы взаимоотношений группу, он также проецирует это восприятие общества. Общество в таком случае — группа «одиночек», не связанных между собой внутренне (семья имеет внутренние связи, а группа случайна, ее можно «перетасовать»). В этом случае цель — найти и удержать свое место (в отличие от семьи, где роль определена). Но в любой группе нет абсолютно одинаковых ролей — всегда будут полярности (лидер-изгой) и «средний класс», в разной степени ведомый лидерами. То есть позиция при любой роли — неуверенная, постоянное ожидание борьбы и защиты. Общество представляется враждебным, таким, от которого нужно защищаться, которому нельзя доверять. Задача — найти максимально безопасное «место под солнцем» и держаться своей роли.

К тому же общение в садике в корне искусственно — воспитательницы исполняют свою роль. Как мы уже говорили, они просто не могут по природе своей относиться к целой группе детей одинаково, значит, в разных случаях есть разная степень фальши. Мама же естественна с ребенком. Да, она может раздражаться или сердиться в некоторых ситуациях, но это не значит, что она «плохая мать» или что она его не любит — она его принимает в любом случае.

Если ребенок привыкает к искусственным отношениям, то часто, когда вырастает, не может справиться в своей семейной жизни с эмоциональными трудностями. У жены будут перепады настроения в беременность, послеродовая депрессия или еще что-то, а у мужа сложности на работе и в карьере, проблемы с начальником и т.п. И когда эти двое начинают выливать все это друг на друга, порой семья разваливается. Только лишь потому, что в детстве они привыкли: перед ними человек, лишенный сферы эмоций (воспитательница далеко не все, что она чувствует по отношению к детям, будет им показывать). А еще — не умели разрешать подобные конфликты в своей среде (воспитательница будет разнимать драку, но детские обиды друг на друга она разбирать не будет, поэтому дети привыкают к этому и например, начинают шантажировать друг друга вроде «тогда я с тобой играть не буду»).

Учимся справляться с ребенком — без воспитателей

Для чего ребенку домашнее воспитание? Чтобы родители состоялись как родители.

В современном обществе появилась довольно устойчивая тенденция «оттеснять» родителей с их исконно родительских ролей. С самого первого момента появления ребенка на свет родителей окружает рой «специалистов», которые им сразу объяснят, почему родители должны быть на втором плане (хорошо, если втором), а они, то есть специалисты, на первом.

Уже в роддоме у женщины берут ребенка под присмотр медсестры (которая следит за более чем десятком люлек с орущими в поисках мамы младенцами), врачи объясняют женщине, что на самом деле для нее лучше не как она чувствует, а как скажут чужие люди.

Наступает «прекрасная» пора, когда ребенка отдают в детский сад — даже название «воспитательница» говорит само за себя. Воспитательницы воспитывают, а мамы-папы только приводят в садик и забирают домой. В садике и школе — специалисты, они лучше знают, потому что грамотные. Они лучше понимают, как нужно, они лучше знают этого конкретного ребенка, мама может прийти и с ними посоветоваться (я имею в виду не образование, где педагоги должны разбираться лучше в своей теме — не все мамы понимают физику, а именно воспитание).

Родителям внушается, что их авторитет должен быть повержен авторитетом учителя. Это разбивает правильные связи в семье, ребенок учится смотреть на родителей свысока: а что они вообще понимают?!

Слышала, как родители грозят ребенку: «Не будешь слушаться — пожалуюсь воспитательнице!», «Все расскажу, как ты себя дома ведешь!», «Вот воспитательница узнает, то-то она тебе!». Таким образом родители сами добровольно отдают собственные функции воспитательнице, отказываясь исполнять исконно родительскую роль и отвергая свой авторитет в глазах ребенка.

Те же родители спустя совсем немного времени бывают страшно удивлены: почему ребенок их нисколько не слушается? Откуда взялся этот чужой и грубый подросток? Почему он совершенно не уважает родителей и не прислушивается к их мнению, почему он ставит выше семьи мнение чужих людей?

Дорогие родители, нужно обернуться назад! Когда-то вас очень радовало, что ребенок предпочитает маме воспитательницу и при угрозе «все ей рассказать» начинает выполнять необходимые действия. Часто мамы жалуются: «Дома с ним не справиться, а в садике шелковый!» — и это ставится непременным аргументом «за садик», чтобы чужая тетенька сделала то, что отказывается делать мама.

Записывая дочку в спортивную секцию, я наивно полагала, что популярность спортивных занятий у нас в стране объясняется здоровым образом жизни. Но вот увидела, как пятилетний мальчик после занятий «строит» маму при всех, колотит ее и обзывает, а она, еще и с малышом на руках, пытается подладиться и угодить, попутно умоляя все же одеться и пойти домой. Эта мама смущенно сказала подруге: «Вот видишь! Только тренер умеет его заставить что-либо сделать!». Что же теперь? Тренера или воспитательницу на дом вызывать в сложных случаях, как «скорую помощь»?

Когда мы рассуждаем про плюсы домашнего воспитания, обычно появляется одна и та же «проблема» — мамам «не справиться» с ребенком. Только если родители преодолевают эти трудности, ищут решения, даже путем проб и ошибок, если они пытаются действовать, а не отдают свои функции — тогда они состоятся как родители. 

Марина Озерова 



Источник

Интересное по теме