COP26 в Глазго: прорывы и разочарования

Двухнедельная климатическая конференция в Глазго (СОР26) завершилась с опозданием на сутки. Странам удалось договориться о финальной декларации, впрочем, не все остались ею довольны – некоторые лидеры государств и участники уже заявили, что предусмотренных в климатическом пакте мер недостаточно.

Марш протеста в Сент-Килда, Австралия, организованный в рамках Всемирного дня действий COP26. Гигантская тлеющая коала по имени Блинки олицетворяет влияние нынешней климатической ситуации на биосферу планеты

По мнению активистов, НКО и многих ученых, меры, о которых договорились участники климатической конференции в Глазго, недостаточны для решения климатического кризиса. Председатель конференции Алок Шарма признался, что понимает разочарование тех, кто хотел увидеть более амбициозный договор. По оценке Climate Action Tracker, шаги, которые страны пообещали предпринять на СОР26, ограничат повышение температуры лишь до 2,4°C к концу века, до конференции этот прогноз составлял 2,7°C.

В Глазго страны еще раз озвучили свою приверженность цели по достижению углеродной нейтральности (net zero), о чем они уже объявляли ранее. Индия заявила, что выйдет на нулевые парниковые выбросы к 2070 году. Страны, ответственные за почти 90% мировых выбросов углерода, объявили о достижении углеродной нейтральности к 2050-2070 годам.

Из крупнейших эмитентов парниковых газов лишь Иран не объявил о планах по достижению net zero, пытаясь продавить через этот вопрос снятие с себя санкций, связанных с ядерной программой. Про санкции много говорили и российские делегаты, указывая на то, что «зеленые» проекты не должны иметь ограничений со стороны других стран, а сотрудничество в области низкоуглеродного развития необходимо вывести из-под всех ограничений.

Ушел ли уголь в прошлое?

Одним из результатов СОР26 можно назвать упоминание «ископаемого топлива» в финальном решении конференции. В итоговом пакте конференции говорится о необходимости сокращать использование угля в качестве источника энергогенерации. С тех пор, как в 1997 году был подписан Киотский протокол, подобного упоминания в решениях СОР не было.

Впрочем, не обошлось без компромиссов – подписание итоговой декларации затянулось почти на сутки, так как Индию (которую поддержал Китай) не устраивала первоначальная формулировка, в которой говорилось о поэтапном прекращении использования угля. Третий в мире эмитент парниковых газов, Индия, настоял на изменении формулировки с отказа от угля на сокращение его использования.

В итоговый климатический пакт также добавили, что речь идет только о сокращении использования угля, которое не предполагает технологий по улавливанию и хранению углерода. Также в черновом варианте документа значился призыв к постепенному отказу от субсидирования производства ископаемого топлива. Однако в итоговой версии остался только пункт о сокращении неэффективных топливных субсидий.

Часть стран подписали дополнительное соглашение об отказе от угольной генерации в пользу «чистой» энергии. К соглашению присоединилось порядка 50 стран, среди которых не было ни Китая, ни США, ни России – крупнейших загрязнителей. Международное энергетическое агентство заявило, что к 2030 году необходимо закрыть 40% из 8 500 существующих в мире угольных электростанций и не строить новых, чтобы ограничить глобальное потепление в пределах 1,5 °C.

Соглашение по лесам

Лидеры более чем 100 стран мира, на территории которых приходится около 85% мировых лесов, пообещали остановить их уничтожение к 2030 году. К соглашению присоединилась и Россия (около 20% мирового леса). Таким образом, прекращение обезлесения рассматривается как важнейший способ борьбы с изменением климата.

Также соглашение предполагает выделение средств в размере 20 млрд долларов от государств и частных компаний, часть которых пойдет на борьбу с лесными пожарами и восстановление уже пострадавших территорий в развивающихся странах.

Климатические проекты

Спустя шесть лет после подписания Парижского соглашения (ПС) были установлены правила международного углеродного рынка. По словам Руслана Эдельгериева, советника президента РФ по вопросам климата, это стало основным достижением.

«По правилам реализации статьи 6 нам удалось обеспечить приемлемые условия для лесных климатических проектов с учетом необходимости предоставления им продолжительного зачетного периода», – сказал чиновник.

Рыночные механизмы статьи 6 ПС создают основу для международного рынка торговли выбросами и поглощениями парниковых газов. Это позволит странам и компаниям частично достичь своих климатических целей путем покупки компенсационных углеродных единиц поглощения выбросов другими сторонами или инвестировать в проекты по снижению выбросов или повышению поглощения в других странах. Критики опасаются, что компенсация может зайти слишком далеко, позволив странам продолжить выбросы парниковых газов, способствующих глобальному потеплению.

Также участникам COP26 удалось договорится о правилах зачета единиц поглощения. Сейчас по условиям сделки страна, которая генерирует единицу поглощения углерода, будет решать, выставить ее на продажу другим странам или засчитать ее для достижения своих климатических целей. Это позволит учитывать сокращение выбросов только один раз.

«Это означает, что теперь у стран есть все инструменты, необходимые для обеспечения качественных, последовательных и прозрачных действий по борьбе с изменением климата через углеродные рынки», – отметил Джеймс Рот, старший вице-президент по глобальной политике и GR Международного общества сохранения природы (Conservation International).

Утверждение правил международного рынка поглощающих единиц стало важным решением для России, особенно, если участь тот факт, что в финальных формулировках нет запретов для лесных проектов, а сроки реализации климатических проектов в целом также достаточно большие (5 лет для обычных климатических проектов, плюс два продления и 15 лет для лесных, плюс два продления).

Первые климатические проекты по правилам Парижского соглашения ожидаются уже в 2023 году. По подсчетам экспертов WWF, мировой объем таких проектов может составить около 20 млрд евро в год. Тем не менее, как полагают аналитики, страны будут делать основной упор на снижение выбросов на своей территории, так что развития масштабной углеродной торговли между государствами ждать не стоит.

Лидеры стран мира на COP26

Инвестировать в проекты по снижению или поглощению выбросов за границей будут страны или компании, либо заинтересованные в объединении этих проектов с направлением помощи международному развитию, либо делающие это в рамках добровольных проектов компенсации выбросов и углеродного следа.

Соглашение по метану

Более 100 стран, ответственных за порядка 70% глобальных выбросов метана, договорились к 2030 году снизить их на 30% по сравнению с уровнем 2020 года.

Россия пока не присоединилась к соглашению.

«В преддверии COP26 и на самом мероприятии состоялись консультации со спецпредставителем президента США по изменению климата Джоном Керри по вопросу присоединения России к «Глобальному обязательству по метану», – рассказал Руслан Эдельгериев. – По американской инициативе работа над этими проектами велась в форсированном формате, что ограничило возможность анализа направлений реализации обязательства. Присоединению к инициативе должна предшествовать кропотливая работа по изучению социально-экономических последствий и практической целесообразности для борьбы с изменением климата».

Будущее атомной энергетики

Несмотря на то, что формально обсуждение различных видов технологических решений не было одним из пунктов климатического саммита, по словам главы Минэкономразвития РФ Максима Решетникова, все же удалось достичь прогресса по признанию принципа технологической нейтральности, в частности приравнивания атомной энергетики к низкоуглеродной. На конференции также присутствовал генеральный директор «Росатома» Алексей Лихачев, который заявил, что в Глазго «закончилась дискуссия, должна или не должна быть атомная энергетика в углеродном балансе».

Столь активное позиционирование атомной энергетики со стороны российской делегации вызывало критику российских экологов, которые, в частности, заявляли о ее высокой стоимости, рисках, нерешенных вопросах с отходами, а также давлении на активистов, выступающих против атомной энергетики в РФ. Против признания атомной электрогенерации устойчивым климатическим решением выступает ряд стран ЕС, в том числе Германия. «За» – Франция, США, Великобритания, Финляндия и другие.

Берлинский и брюссельский офисы «Беллоны» среди прочих неправительственных организаций Европы подписали обращение к вице-канцлеру и министру финансов Германии Олафу Шольцу с требованием не допустить признания атомной энергетики и использования ископаемого газа в качестве устойчивых климатических решений.

Марш протеста в Глазго, организованный Fridays for Future

Про финансы

В тексте итогового документа СОР26 подчеркивается, что развитые страны должны увеличить объем денег, которые они дают странам, уже страдающим от последствий изменения климата, сверх текущего целевого показателя в 100 млрд долларов. Впрочем, у представителей развивающихся стран это заявление вызвало критику, так как не были выполнены предыдущие обещания.

На самой конференции ряд стран (в том числе США и Япония) объявили о новых взносах в климатические фонды ООН, средства которых идут на поддержку снижения выбросов и адаптации к изменению климата в развивающихся странах. Однако призыв развивающихся стран создать особенный трек финансирования на покрытие «потерь и ущерба» (то есть уже произошедшего ущерба от климатических изменений, или ущерба, который нельзя предотвратить) не получил поддержку всех стран.

Около 450 финансовых организаций, которые контролируют 130 трлн долларов, согласились поддержать «чистые» технологии, такие как возобновляемые источники энергии, и перенаправить в них финансирование, идущее на отрасли, работающие на ископаемом топливе. Эта инициатива представляет собой попытку привлечь частные компании к достижению нулевых показателей и обязать их предоставлять финансирование для зеленых технологий.

По подсчетам Минэкономики, чтобы совершить энерогопереход, России потребуются инвестиции в «зеленые» проекты в размере 1% ВВП ежегодно. Ожидается, что к 2030 году объем зеленых облигаций в этой сфере должен составить 1,5 трлн рублей. По словам замглавы Министерства экономики Ильи Торосова, перед ведомством стоит еще более амбициозная цель – обеспечение 10% всех затрат на декарбонизацию российской экономики за счет привлечения «зеленых» финансов.

Реакция на итоги конференции

Итогами конференции остались недовольны климатические активисты, природозащитные организации, НКО и представители островных государств. Еще до начала СОР26 они выражали скептицизм по поводу результатов саммита. В Greenpeace International итоговую декларацию конференции назвали слабой.

«Это кроткий, слабый план, в котором цель удержания потепления в 1.5°C все дальше от реальности. Однако по итогам конференции был послан сигнал о том, что эра угля заканчивается – это важно», – сказала исполнительный директор Greenpeace International Дженнифер Морган.

В российском отделении Greenpeace финальную декларацию конференции также назвали слабой и недостаточной. Там отметили, что итоги СОР26 оказались крайне неоднозначными. На фоне неамбициозных решений политикам удалось договорится по углю, который в итоговом варианте документа признается в качестве неприемлемого источника энергогенерации (несмотря на мягкие формулировки и оговорки). Кроме того, некоторым странам удалось договорится о сокращении выбросов метана и об отказе от финансирования угольных электростанций.

«Главный документ Глазго озаглавлен помпезно – «Климатический пакт», а на деле это набор рамочных решений, лишь рекомендующих двигаться в верном направлении. Однако его скорость определяется на национальном уровне, и она явно мала», – считает директор программы WWF России «Климат и энергетика» Алексей Кокорин.

Представители международной экологической организации «Друзья Земли» отметили, что итоги конференции оказались несправедливы по отношению к развивающимся странам.

Климатический протест в Шеффилде, Великобритания

«COP26 запомнится как предательство стран глобального Юга, брошенных из-за климатического кризиса без денег на энергетический переход, адаптацию или компенсацию ущерба», – высказалась Сара Шоу, координатор программы по климатической справедливости и энергетике.

Мнение климатических активистов по итогам конференции в своей манере выразила Грета Тумберг. «COP-26 закончился. Вот его краткое содержание: бла-бла-бла», – написала она в Твиттере. В Глазго во время конференции проходили многотысячные митинги активистов, которые требовали от политиков принять более амбициозные решения по климату. 6 ноября, несмотря на сильный дождь, по некоторым подсчетам, на улицы вышло порядка 100 тысяч человек.

Неудовлетворены итогами конференции остались и официальные лица. Генсекретарь ООН Антонио Гутерреш отметил, что конференция стала важным шагом к достижению целей Парижского соглашения, но не достаточным: «Итоги COP26 – это компромисс, отражающий интересы, противоречия и состояние политической воли в сегодняшнем мире. Это важный шаг, но пора переходить в аварийный режим».

Многие наблюдатели соглашаются, что саммит в Глазго продемонстрировал, что пока действия стран в области климата скорее запаздывают, призывая к более быстрым и амбициозным мерам – однако движение всё-таки происходит в правильном направлении.

Во многом договоренности в Глазго определяют глобальную повестку по вопросам изменения климата на ближайшие годы, в том числе прописывают конкретные направления действий (леса, снижение угольной генерации, метан, помощь развивающимся странам), а также создают новые финансовые треки для помощи наиболее уязвимым странам.

Источник

Интересное по теме