Птицы на гербах и в мифологии

Интересно, что традиции охоты с ловчими птицами в Азии за многие века не смог вытеснить даже ислам. Согласно ортодоксальным взглядам мусульман, охота вообще считается не богоугодным занятием.

Например, в Бухарском ханстве охота с ловчими птицами для должностного лица по шариату считалась занятием недостойным, греховным и была возможна лишь с особого разрешения высокопоставленного духовного лица. Но это не мешало предаваться охотничьей страсти ни светской аристократии, ни духовенству (Симаков, 1998).

Об орлах сложено немало красивых и поучительных легенд. У эстонцев есть такая. Один лесник очень любил охотиться. Однажды зимой он разжег костер, к которому прилетело греться два орла. Лесник зарядил ружье серебряной пулей и выстрелил в одного из орлов. Раздался визг, глухой гром, и орел, превратившись в прекрасного юношу, схватил охотника за шиворот: "Ты, безжалостный старик, убил мою жену! Пусть не видать теперь тебе никогда добычи!". С тех пор этот лесник всегда возвращался с охоты с пустыми руками.

Рыбаки на Оби весьма почитали и оберегали орлана-белохвоста. Он очищал от снулой рыбы их большие резервуары, в которых пойманная добыча содержалась живой до осени (Johansen, 1957).

Древний Египет испытывал особое благоговение перед хищными птицами. Сокол с распростертыми крыльями был символом Неба и поэтому считался божественным. Он был воплощением богов Гора, Монту и олицетворял фараона. Его культ оказался особенно популярным в поздние времена, и за убийство птицы виновный мог поплатиться жизнью, писали Геродот и Диодор. Все ястребы были священны у египтян. Коршун почитался в Верхнем Египте. Богиня-коршун считалась покровительницей Верхнего Египта и входила в качестве обязательного компонента в гербы всех фараонов.

Коршуны охранялись в Древнем Риме. Коршун был одним из атрибутов Марса. По легенде, когда Ромул и Рем решили основать новый город, к ним явились двенадцать коршунов (по другим данным - грифов) как предвестники двенадцати плодотворных веков. Египтяне первоначально представляли себе небо как распластанные крылья огромного коршуна богини Нехбет (Федосеенко, 1998).

В Германии по полету красного коршуна охотники предсказывали погоду. Если он летает высоко, "за облаками", нужно ожидать жаркого и сухого дня, спускается низко к земле - приближается дождь.

Жители Сардинии боялись убивать этих птиц. По народным поверьям, ружье после этого никогда не будет стрелять, кроме того, у убившего коршуна в том же году умрет жена (Ortlieb, 1989).

Жители древнего города Чатал-Хююк на юго-востоке Турции (VIII-VII тыс. до н. э.) тело умершего вначале отдавали на съедение коршунам, и лишь оставшийся после такой "обработки" скелет хоронили (Николаев, 1999).

Известный художник-анималист В.А. Ватагин писал: "Если вспомнить, какое из животных наиболее характерно для символического искусства Египта, то можно указать на изображение сокола - священного символа бога Гора. Выразительные контуры головы с крючковатым клювом, с огромным обведенным глазом гармонически венчают человеческое тело Гора. Его изображения - от больших каменных изваяний, бронзовых статуэток до ювелирных золотых бляшек и многоцветных фаянсовых амулетов, тысячами найденных среди развалин египетской культуры - поражают гармоничной формой и строгой простотой линий, величавой выразительностью образа" (Ватагин, 1948).

Сокол - символ молодца, мужской красоты, ума и силы, отваги и удальства, знак молодечества и смышленности. В песнях обрядовых сокол с другой птицей символизирует любовную чету. В свадебных песнях означает жениха. Сокол упоминается и при птицеволхвовании, так, в одной из песен героиня хочет узнать, что делают чумаки. Она выносит сокола на правой руке и спрашивает: "Соколоньку! Скажи всю правдоньку...".

В одной галицкой колядке лесной охотник хочет стрелять в сокола на гнезде, но сокол просит не стрелять, так как будет полезен: когда молодец станет жениться, сокол переведет его через воду и возьмет на свои крылья его невесту. Амон-Ра, божественный сокол, Сверкающий крыльями, Взмахом крыльев свершающий свой путь по небу, - говорили с почтением древние египтяне.

Орел - любимая птица Зевса. По преданиям, орел родился одновременно с Зевсом, кормил и охранял младенца-бога, отнес новорожденного Зевса на Олимп, возвестив ему победу в борьбе с титанами. Орел переносит громы Юпитера - говорили римляне. На двух орлах Александр Македонский пытался взлететь в небо.

В украинской сказке о Покотигорошке рассказывается, как во время грозы и бури Покотигорошек влез на дуб, нашел там гнездо орла с орлятами и накрыл их своей одеждой. Когда же прилетел орел и хотел убить человека, птенцы заступились за него, рассказав, что он спас их от бури. Орел в знак благодарности отнес Покотигорошка на его родину.

В Древнем Египте мифического сфинкса, ставшего символом бессмертия, рисовали в образе орла. Орла часто ваяли скульпторы. Его можно увидеть а памятнике Пржевальскому, на обелиске русским воинам под Тарутино, на Киевском вокзале в Москве, в тех местах на Кавказе, где побывал Лермонтов.

Сезонный запрет на имена хищных птиц, прежде сего ястреба, известен у белорусов Витебщины, у украинцев на Винниччине. Чтобы эта птица не вредила летом, ее, а также и ворону, в день рождества Христова называли "голубями". Не называли прямыми именами хищных птиц также якуты и жители некоторых российских и украинских губерний. Г.О. Булашов писал по этому поводу: "Ястребу в первый день Петрова поста женщины, собираясь в корчмы, обещают известную десятину цыплят; при этом приглашают одна другую в корчму так: "ходiмо на шуляка". Такой обычай соблюдался для того, чтобы сохранить цыплят от слишком зорких глаз ястреба, который, в противном случае, всех их побьет и поест. С этой же целью всякая женщина, выносящая в первый раз во двор цыплят после их вывода наседкою, непременно должна завязать свои глаза, и выпуская цыплят на землю, проговорить: "Как не вижу я, где выпускаю цыплят, так чтоб не видел их шуляк", "Не дивись на кури, а дивись на падло" (Венгрженовский, 1895; Булашов, 1909). Характерно, что о каком-либо отстреле ястребов крестьянин и не помышлял, ибо всякий, по его мнению, имел право на жизнь.

Древнегреческий герой Геракл говорил о стервятниках, что это "самые праведные птицы, потому как никогда не нападают даже на самых маленьких живых существ" (Грейвс, 1992). Ястреб был вестником Аполлона у греков, а беркут - птица гербов, символ воинственности, силы и восходящего солнца. В старину орлов изображали часто на рельефах, печатях, в художественных произведениях.

В Вавилоне, Персии, Индии орел (беркут) являлся символом высшего божества. "На орлиных крыльях" покинули дети Израиля Египет. Аристотель считал, что только орлам дано прямо смотреть на солнце. Эта птица возносит своих птенцов на него. Народы Аттики и германцы считали орла приносящей счастье птицей.

В Англии и Дании в средние века казнили за убийство орла, тогда же бытовало поверье о тайной связи между орлом и ветром. Ветры изображались с головами хищных птиц. Сидящий орел у древних ацтеков был на знамени, белоголовый орлан - национальная эмблема США, сокол был нарисован на щите предводителя гуннов Атиллы. У Чингисхана был герб: серый кречет с черным вороном в когтях (НарЁжний, 1997).

Орел всегда был олицетворением силы, зоркости, прозорливости, благородства. Орлы произошли из царей, - говорили в Украине, - поэтому они вырезаны на царских печатках, в них нельзя стрелять. Христианство также переняло этот символ. Орел стал символом апостола Иоанна. Как знак победы добра над злом перенято изображение битвы орла со змеей.

Индейцы украшали свои уборы орлиными перьями. разбивали свои лагеря только там, где в небе парили орлы. Примета верная: где парят орлы - в том районе много дичи и рыбы.

Как гербовая птица орел равен льву. Государства, земли и города заносили орла на герб. Так, на старинной королевской печати времен Армянского царства орел изображен рядом с символом пылающего солнца и несет на груди знак звезды. Образ орла перенял Наполеон I, этот знак с 1804 г. стал символом Великой Армии (Fischer, 1979). Появление парящего орла над войском служило предзнаменованием победы и у древних славян.

Еще большим почетом на Руси пользовался сокол. В XIX веке в Московии за уничтожение дерева, где размещалось гнездо сокола, был установлен штраф в 6 рублей (Кириков, 1966). Еще в первой половине XIX века казахи в Оренбургском крае давали за кречета трех хороших лошадей (Эверсманн, 1866). Описание угодий в Киевской Руси давалось с обязательным указанием гнезд крупных хищных птиц. Кречеты на Востоке считались эмблемой бесстрашия.

У калифорнийских индейцев был культ сарычей. У казахов и сейчас бытует обычай - "тамыр" - дарить ловчую птицу, получая за нее в подарок все, что угодно. Эвенки верят, что орел - единственная птица, способная отогнать злых духов. Орел был внесен в гербы Белгорода, Орла, Якутска, Иркутска, Москвы, Коломыи, Ростова, Сокаля, Суздаля, Кингисеппа, Нерчинска, входил в состав герба князей Рюриков, государственного герба Российской империи, Польши, княжества Финляндии, Астраханского, Казанского, Сибирского ханств, Российской Федерации.

Предполагают, что на Русь соколиная охота была занесена варяжскими князьями, и быстро стала любимой забавой, превратив соколов в почитаемую птицу. Всем сокольникам строжайше воспрещалось пить, курить, играть в "зернь", чтобы "государевым птицам от пьяных и нечистых людей дурно не учинилось". Однако к XIX веку охота с ловчими птицами в России пришла в упадок. Последний раз у русских царей она официально проведена в 1856 г. по случаю коронации Александра II.

По мнению гагаузов, стрелять орла большой грех, так как евангелист Лука, когда ему нечем было писать, вырвал перо у орла, за что его изображают всегда с орлом. Выпавшего же из гнезда птенца пустельги забирают в бездетную семью - он поможет рождению детей. Раньше украинский охотник, прежде чем выстрелить в орла, спрашивал его три раза: нажился ли тот на свете? Если нажился, орел посмотрит прямо на охотника, если нет, то отвернется, и тогда стрелять орла нельзя. Рыбаки Архангельской губернии считали большим грехом убивать в море орлов.

Несколько примет и пословиц, связанных с хищными птицами. Коршуны кружатся, кричат перед плохой погодой; если степные луни вьют гнезда в степи - лето будет дождливым, на болоте - сухим; соколу лес не страшен; очи сокольи, брови собольи; красносмотрителен же и радостен всякого сокола лет; орел мух не ловит; сокол мал, да удал; пришел волк (темная ночь) - весь народ умолк, взлетел ясен-сокол (солнце) - весь народ пошел; всем птицам птица орел; от соколиного глаза никуда не укроешься; он орлом летит, орлом летает; не кидается девица на цветное платье, а кидается на ясного сокола; где бы ни летал сокол, везде ему свежий мосол; видно сокола по полету, а добра молодца по походке; зор, как у орла; куда орлы летят, туда сорок не пускают.

В Карпатах считается, что ставить чучела хищных птиц в доме - к беде. Чехи верят, что не аист, а ястреб приносит в дом младенцев, и не уничтожают эту птицу. У сибирских староверов и сейчас в силе заповедь "когтистых не есть", то есть не употреблять в пищу хищных птиц. У эвенков орел - единственная птица, способная отогнать злых духов. Английский король Эдуард III за убийство ястреба присуждал смертную казнь, за разорение гнезда - один год тюрьмы. А Карл V так любил соколов, что отдал за них остров Мальту, менял на птиц из плена герцогов.

О грифе рассказывают, что это такая громадная птица, что может без отдыха летать 40 суток и своими крыльями затмить даже солнце. Многие древние народы считали грифа священной птицей. В Вавилоне, Ассирии, Древнем Египте главные божества изображались с головой грифа. Одна из египетских богинь носила имя Мут, что в переводе означало "гриф". У римлян гриф считался священной птицей бога войны Марса. В буддийской мифологии Пехар ("Белый бог неба") - хранитель сокровищ монастыря, предводитель божеств, которые обеспечивают спокойствие людей. Он спасся от преследователей, обернувшись грифом (Федосеенко, 1998).

Хищные птицы - один из основных мотивов скифо- сибиркого звериного стиля (характерных изображений животных на различных изделиях). Часто встречается сцена терзания хищником жертвы - оленя, зайца, рыбы и др. Орел, терзающий дельфина, был изображен на гербе греческого города Ольвии. Как считают исследователи, смысл таких сцен терзания связан с идеей жертвы и миром смерти (Королькова, 1998).